Торговля в Средневековье

Географические открытия и их значение в истории торговли

Гравюра с изображением испанского торгового галеона, XVII в.

Гравюра с изображением испанского торгового галеона, XVII в.

Завоевание турками восточных берегов Средиземного моря и черноморского побережья закрыло прежние пути в Индию. Необходимо было отыскать новый путь в страну пряностей, курений и жемчуга. До 1453 г. экспедиции на юг от Гибралтарского пролива не были систематичны, хотя португальцы и сделали несколько открытий по северо-западному берегу Африки.

Эпоха великих открытий начинается с 1475 г., когда португальцы добрались до экватора; затем следуют одно за другим открытие мыса Доброй Надежды Диасом (1487), открытие Америки Колумбом (1492), открытие морского пути в Индию Васко де Гамой (1498), постепенное открытие и колонизация различных частей Северной и Южной Америки, кругосветное путешествие Магеллана.

Последствия всех этих открытий были громадны. Теперь торговля сделалась морской по преимуществу, потому что после Колумба не боялись удаляться от берегов и пускаться в открытое море. Явилась возможность доставлять индийские товары морем, без перегрузки, в европейские порты; отсюда удешевление товаров и падение торгового могущества Венеции. По словам современника, при получении известия об открытии Васко де Гамы, Венеция «окоченела от ужаса»; самые мудрые люди стали говорить, что это — величайшее несчастие, когда-либо постигавшее республику. Венеция упала на степень второстепенной морской державы.

Удешевление индийских товаров имело еще и другое последствие — увеличение их потребления, следовательно новое расширение торговых сношений, чему способствовал и наплыв драгоценных металлов из Америки. Из Америки же стали доставляться в Европу невиданные до тех пор товары: картофель, маис, табак, саго, какао, ваниль, кока, ананасы; привоз кофе (Мартиника), хлопка и сахара (Антильские острова) сильно поднялся. С другой стороны для европейской промышленности открылись новые рынки, куда она могла сбывать в обработанном виде то сырье, которое получала из новооткрытых стран. С усилением промышленности увеличивается приток ремесленников в города, и развивается техническое разделение труда; в цехах, опасающихся конкуренции, появляется незнакомая средним векам исключительность и классовая противоположность между мастерами и подмастерьями; начинается борьба рабочих с предпринимателями. Денежное хозяйство все больше и больше крепнет, благодаря американскому золоту и серебру; появляется крупный торговый капитал, зарождаются фабрики, увеличивается количество банков, усложняются формы кредита, появляются биржи, Цена денег падает, цены на товар вырастают, налоги увеличиваются.

Испания и Португалия

Португальские (голубой) и испанские (белый) торговые пути в 1568 г.

Португальские (голубой) и испанские (белый) торговые пути в 1568 г.

Торговое первенство, после открытия Америки и морского пути в Индию, перешло от Италии прежде всего к тем странам, корабли которых первые пристали к берегам Индии и Америки — к Португалии и Испании. Торговля с Индией и другими странами Востока была отчасти монополией португальской короны (главным образом перец), отчасти была предоставлена всякому подданному государства (За пользование казенными кораблями полагалась пошлина в 30 %). Лиссабон короткое время было самым цветущим портом в Европе. Английские, голландские и ганзейские купцы могли получать там, кроме индийских продуктов, товары из Персии и Аравии (ковры, шелк, лошади, розовое масло), из восточной Африки (невольники, слоновая кость, гумми, черное дерево), из Китая (шелк, фарфор, деревянные лакированные изделия), из западной Африки и африканских островов (слоновая кость, хлопчатник, сахар, вино, гумми, невольники), из Бразилии (красильное дерево). Управление индийскими колониями по жестокости не уступало хозяйничанью испанцев в Америке и вызывало страшную ненависть; туземцы поддержали англичан и голландцев, когда они, вследствие закрытия Филиппом II (Португалия с 1580 по 1640 г.г. была под властью испанцев) доступа их кораблям в Лиссабон, снарядили экспедиции в Индию и отняли у португальцев все их колонии, за исключением Гоа. Испания и в средние века была уже значительным этапом мировой торговли.

В XIV и XV в.в. Барселона соперничала с Генуей и Венецией; в XV в. Генуя и Флоренция находились в оживленных торговых сношениях с портами Испании, среди которых выдвигаются Валенсия и Картагена, а к концу века — Альгезирас и Малага. Гавани Андалузии — Севилья, Кадикс, Санта Мария — приобретают значение, как промежуточные станции между Италией и Англией. Северные гавани — Корунья, Сан-Себастиан, Сантандер — славились своими корабельными верфями и китоловами. Вывозила Испания шерсть, кожи, вино, фрукты, масло и шерстяные ткани из арабских мастерских. Фердинанд и Изабелла, после завоевания Гранады, оставили в силе промышленное законодательство мавританских владетелей, которое, облагая сырец, освобождало от пошлин шелковые материи. Это послужило первым толчком к промышленному подъему страны. Изабелле обязана своим возникновением и шерстяная промышленность.

Открытие Америки, особенно со времени завоевания Мексики, вызвало прилив золота и серебра. Это привело к падению ценности благородных металлов. Карл V распространил право торговли «с Индией» на всех подданных государства и отчасти уничтожил монополию Севильи, дозволив испанским кораблям отплывать в Новый Свет из Коруньи, Байоны, Бильбао, Сан-Себастиана, Картагены, Малаги, Авилеса и Ларедо. Ежегодно в колонии отплывало более 100 кораблей; столько же торговало с Англией, Фландрией и Ганзой. Таможенная пошлина была невелика, всего 71/2 %, а барыши — огромные. Хорошо осведомленный современник передает, что обычным способом оценки купленных в колониях товаров была надбавка 166 % к первоначальной их стоимости. За испанские товары колонии обязаны были уплачивать местными продуктами; колониальному производству правительство не давало развиваться. Иностранцам доступ в колонии был совершенно запрещен. Все эти меры повели к расцвету испанской промышленности. Шелковое производство, сосредоточивавшееся прежде в руках морисков, теперь занимало в Севилье и Толедо тысячи рук. Шерстяная промышленность питала почти треть всего населения; вся Кастилия жила ею. Кордова славилась кожевенной мануфактурой, Толедо — оружейными фабриками.

Все это уничтожила близорукая политика Филиппа II. Религиозные преследования не обеспечивали спокойствия; золото, которого в первой половине XVI в. было ввезено на 6 млн. руб., а во вторую — на 22 млн., непрерывно уходило за границу; в 1581 г. отпали нидерландские провинции, в 1588 г. была уничтожена Армада; в 1610 г. изгнаны мавры (евреи подверглись изгнанию еще раньше). Блестящая эпоха торгово-промышленного расцвета сразу миновала. При Филиппе V на короткое время оживилась торговля, поднялся и ввоз, и вывоз, но это было последней вспышкой. В начале XIX в. у Испании не осталось колоний на Американском континенте.

Нидерланды

Штаб-квартира Голландской Ост-Индской компании в Амстердаме

Штаб-квартира Голландской Ост-Индской компании в Амстердаме

Немедленно после отпадения от Испании, Нидерланды начинают искать собственные торговые базы на Востоке. Ближайшей побудительною к тому причиной было закрытие Лиссабона для голландских кораблей (1594). Корнелий Ван-Гоутман первый проехал на восток в 1595 г.; в 1598 г. голландский флот завладел Явой и частью Молуккской группы. Образовался целый ряд компаний, которые, не сговариваясь одна с другою, вывозили огромное количество товаров; отсюда падение цен и многочисленные банкротства.

Тогда возникла Ост-индская компания (1602), которой правительство даровало привилегию торговле по ту сторону Магеланова мыса, право строить форты, вести войны с восточными князьями и заключать с ними договоры, право полиции и администрации в колониях. Менее блестящи были дела Вест-индской компании; она больше торговала невольниками и занималась каперством, чем вела правильную торговлю.

Помимо восточной, Нидерланды вели большую посредническую торговлю между европейскими странами. Особенно много ввозили нидерландские купцы во Францию (преимущественно шерсть из Англии и Испании). На северо-востоке Европы они отбили у англичан русские рынки (в конце XVI в.); в обмен на колониальные товары они получали в Архангельске корабельный лес, железо, пеньку, коноплю, сало, меха и прочее. В Лейдене, Роттердаме, Амстердаме процветало рыболовство и китоловство. Когда войны XVI в. разорили Фландрию, центр торговли из Антверпена перешел в Амстердам. В первой половине XVII в. торговый флот Нидерландов состоял из 35000 кораблей, равных по вместимости половине всего европейского флота. Саардам славился своими верфями. Нидерландские банкиры ссужали деньгами правительства.

Первый удар благосостоянию Нидерландов был нанесен тюльпанным ажиотажем 1634-38 г.г.; за ним последовал навигационный акт  Кромвелля (1651), который Нидерланды вынуждены были признать после неудачной войны. Во второй половине ХVII в. протекционизм делается основой торговой политики, в связи с распространившимся учением меркантилизма; Нидерланды пострадали от этого больше других государств. История нидерландской торговли в ХVIII в. есть история постепенного ее упадка.

Англия

Итальянский мореплаватель и купец на английской службе Джованни Кабото (1450-1499 г.г.), более известный как Джон Кабот

Итальянский мореплаватель и купец на английской службе Джованни Кабото (1450-1499 г.г.), более известный как Джон Кабот

Английские купцы стали заводить постоянные сношения с континентом в XIII в. Главным предметом вывоза была уже в это время шерсть. При Эдуарде появляется класс стэплеров (merchant staplers); так назывались купцы из числа торгующих с континентом, которые были обязаны свозить свой товар в определенные правительством пункты и подчинялись особой регламентации. С конца XIV в. такими пунктами были Калэ и Брюгге. Сначала стэплеры вывозили только сырье, потом стали вывозить и шерстяные материи. Операции их получили огромное развитие, так как у Англии долго не было конкурентов на европейском рынке.

В половине XV в. начинается вывоз шерсти из Испании и возникает отчаянная борьба между нею и Англией. При Генрихе VIII английский вывоз несколько уменьшается, но при Елизавете, благодаря узкой торговой политике Филиппа II, превосходству английской шерсти и развитию пастбищного хозяйства в самой Англии (путем огораживания общинных земель), кризис миновал, и торговля шерстью вновь стала быстро развиваться.

Кроме стэплеров, действовавших преимущественно на северо-западе Европы, английская торговля со времен Генриха VIII была представлена еще «купцами на свой риск» (merchant adventurers), которые торговали повсюду: в Исландии, в Пруссии, в Испании, в Италии. Пошлины на ганзейские товары, при Эдуарде VII составлявшие 20 %, были подняты Елизаветой до 27 %. В 1597 г. были закрыты ганзейские конторы в Лондоне. Вывоз кож был запрещен Генрихом VIII, ввоз кожевенных изделий — Елизаветой, вывоз шерсти — Иаковом I. С другой стороны были введены вывозные премии. Все эти меры и в особенности навигационный акт подняли английскую торговлю на неслыханную высоту. Испанская промышленность пала, нидерландская конкуренция была подорвана, Ганза обессилена; ежегодные посещения венецианского флота сделались излишни и прекратились уже в 1532 г.

При Елизавете образовалось несколько торговых компаний: Русская, в 1554 г., для торговли с Россией через Белое море; Африканская — в 1562 г., для торговли с Гвинеей и Сенегалом (золотой песок, слоновая кость, перец); Остзейская или Балтийская — в 1579 г., для торговли с Балтийскими гаванями; Левантинская — в 1581 г., для торговли с Турцией, Сирией и Малой Азией (хлопчатая бумага, корица, кофе и др. колониальные товары); Ост-индская  — в 1600 г. Существовала еще французская компания, но торговля с Францией, ввиду постоянных войн, была ничтожна. Наибольшее значение получила Ост-индская компания.

В Америке английские колонии росли быстро и сделались неисчерпаемым источником сырья (строевой лес, смола, деготь, железо, меха, кожи, рыба, масло, индиго, какао, табак, рис, сахарный тростник, маис) и богатым рынком. В 1613 г. общая сумма английского ввоза и вывоза достигала 4 628 586 фунтов, в 1622 г. равнялась 4 939 751 фунтов, в 1663 г. — 6 038 831 фунтов.

Меркантильная политика стала постепенно смягчаться под давлением экономических и политических условий. Систему торговых договоров впервые стала проводить партия ТориТОРИ (англ. tory, слово ирландского происхождения) — английская политическая партия в XVII-XIX веках. Уже метуэнский договор с Португалией в 1703 г., приведший ко взаимному понижению пошлин, был заключен, вероятно, под влиянием торийских публицистов, а договор 1713 г. с Францией был исключительно делом ториев (Болинброк). Только благодаря Адаму Смиту политика свободной торговли была усвоена вигамиВИГИ (англ. Whigs) — английская оппозиционная партия XVII-XIX в.в..

Английская промышленность поспевала за английской торговлей. Кроме шерстяных изделий, в конце XVII в. составлявших почти половину вывоза, вывозилось, главным образом в колонии, полотно. В конце XVIII в. Англия из земледельческой страны окончательно превращается в промышленную. К началу XVIII в. (1714) сумма ввоза и вывоза достигает 11 млн. фунтов стерлингов, а один вывоз составляет 8 млн.; в 1761 г. сумма вывоза равна 16 млн. фунтов стерлингов, ввоза — 10 млн. Вместимость английских кораблей с 95000 тонн в 1663 г. поднялась до 327 000 в 1712 г. и 932 000 в 1784 г.

Франция

Французский государственный деятель Жан-Батист Кольбер (1619-1683 г.г.), картина художника Клода Лефевра, 1666 г.

Французский государственный деятель Жан-Батист Кольбер (1619-1683 г.г.), картина художника Клода Лефевра, 1666 г.

До времен Жана-Батиста Кольбера французская внешняя торговля не могла конкурировать с португальской или нидерландской. После того как пришли в упадок шампанские ярмарки, их торговая роль перешла частью к Фландрии, частью к другим французским городам.

Среди них выдвигается Лион, со времени основания Людовиком XI известной когда-то ярмарки, не только благодаря своему удобному положению, но и благодаря своей промышленности. Франциск I в 1540 г. постановил, чтобы все заграничные парчовые и шелковые материи направлялись через Лион; здесь они распаковывались и оплачивались 5 % пошлиной (позднее 10 %). В том же 1540 г. было постановлено, что пряности могут ввозиться во Францию только тогда, когда они идут или непосредственно из мест добываниях их, или из эмпорий Португалии, Италии и Востока; в 1549 г. Генрих II распространил это постановление на аптекарские товары. Первая мера затрудняла для иностранных материй конкуренцию с французскими, вторая поощряла французских судохозяев и оберегала местные порты от таких соперников, каким в то время был, например, Антверпен. Испанские шелковые материи почти исчезли с лионского рынка, тосканские сукна были вытеснены местными (из Пикардии, Нормандии и Лангедока), венецианский и ломбардский ввоз сразу упал.

Но, покровительствуя национальной промышленности и торговле на счет чужеземных купцов, французские короли находились еще во власти феодальных представлений о налоге, когда дело шло о вывозе продуктов местной промышленности; вывозные пошлины, как при переходе границы королевства (haut passage), так и при переходе из одних провинций в другие, сохранялись и немало тормозили торговлю. При Генрихе IV и его министре Сюлли истребление разбойников, расплодившихся в эпоху смуты, упорядочение путей сообщения, облегчение податей, подъем сельского хозяйства, мудрое финансовое управление способствовали оживлению промышленности и торговли. Религиозные войны сильно подорвали шелковую промышленность; иностранные фабрикаты вновь заполнили рынок. Генрих поощрял разведение шелковичных червей; в Провансе, Лангедоке, Лионнэ и Дофинэ выросли огромные плантации; шелковая промышленность быстро оправилась; рядом с нею возникли другие отрасли производства (выделка ковров, стекла и фаянса, предметов из кожи, бумаги и т.п.).

Покровительственная политика стала более осторожной; Генрих уступил, когда таможенная война с Испанией в 1603 г. грозила вытеснением французских товаров английскими. В это же время начинается активная колониальная политика; учреждается должность королевского генерального лейтенанта в Канаде (1598), организуется Ост-индская компания (1604), просуществовавшая недолго.

Новая эра в истории французской торговли наступает при Кольбере. Он первый решается отступить от феодальных внутренних барьеров, хотя действует тут еще крайне робко; значительно улучшает пути сообщения, которые даже после Генриха IV оставляли желать очень многого; вместо грунтовых дорог строит шоссе; проводит два важных канала — Орлеанский и Лангедокский (последний соединил Атлантический океан со Средиземным морем). В 1653 г. Кольбер писал в мемуаре, представленном им Мазарини:

«Нужно восстановить или создать все отрасли промышленности, даже производство предметов роскоши, принять покровительственную систему, организовать промышленников и купцов в корпорации, восстановить морскую торговлю продуктами Франции, увеличить колонии».

Эту программу он исполнил. Таможенная политика Кольбера выразилась в эдиктах 1664, 1667, 1669 и 1671 г.г. Уже первый значительно повышал ввозные пошлины на такие товары, которые производились и во Франции, и в то же время поощрял вывоз сырья. В 1667 г. пошлины на некоторые предметы были удвоены, на другие увеличены еще больше. В 1669 и 1671 г.г. венецианские зеркала и кружева были вовсе запрещены к ввозу во Францию. Венеция не могла бороться, но Нидерланды, после неудачных попыток добиться смягчения тарифа 1667 г., повысили в свою очередь пошлины на французские вина, ликеры и другие продукты, что вызвало неудовольствие французских виноделов и довело до войны 1672-го года. Закончивший ее Нимвегенский мир заставил Кольбера уступить. Такие же столкновения бывали и с Англией, и Кольбер должен был и здесь пойти на уступки. Для развития внешней торговли Кольбер очень заботился о флоте. Вывоз из Франции был почти отнят у голландцев; французский торговый флот был доведен до 2000 с лишним судов. Франция сделалась третьей морской державой.

Колониальная торговля Франции никогда не была блестяща; компании, учрежденные с этою целью действовали неудачно. Успешнее были усилия Кольбера найти новые рынки для французских товаров. Договор с Турцией сильно поднял левантскую торговлю Марселя; так же оживленна была торговля Франции с Россией, Данией, Германией. При преемниках Кольбера предпринятое им дело приходило все в больший упадок. Отмена Нантского эдикта лишила страну 200 000 лучших рабочих, которые переселились в Швейцарию, Англию и Бранденбург; войны XVIII века отняли у нее почти все колонии. Государственное хозяйство было подорвано уже при Людовике XIV; вслед за тем произошел колоссальный крах Джона Ло. Французская торговля вновь стала на ноги только в XIX в.

Германия

Торговля в Германии, гравюра 1568 года

Торговля в Германии, гравюра 1568 года

Экономический переворот, заменивший натуральное хозяйство денежным, на Германии отразился очень быстро, благодаря тому, что она являлась естественной посредницей между Италией и Севером. Немецкие купцы появляются в Италии и Англии. Рейнские города делаются крупными эмпориями, особенно Кобленц, который увеличил свои годовые обороты с 15000 кг серебра в 1267 г. до 200 000 через двести лет. Вместе с торговлей появляется и разрастается промышленность, особенно горная. Денежный капитал приобретает все большее значение.

Этот расцвет продолжался недолго. Открытие Америки и морского пути в Индию для Германии оказалось так же гибельно, как и для Италии. Его роковые последствия немецкие купцы пытались устранить, перенеся свои капиталы в португальские и испанские предприятия, но это только отдалило неизбежный конец. Еще до открытия Верхняя Германия (Нюрнберг, Аугсбург, Базель) имели сношения с Пиренейским полуостровом. Немецкие купцы ездили туда или сухим путем через южную Францию в Барселону, Сарагоссу и др. города, или, перевалив через Альпы, садились на корабли в итальянских и французских портах и высаживались в Барселоне и Валенсии. Эти сношения особенно участились с начала XV в. Когда выяснилось мировое значение Португалии и Лиссабона, немецкие купцы как из Верхней Германии, так и из Нижней, уже имели там заложенные связи.

В половине XV в. мы встречаем в Лиссабоне немецкую колонию. Фуггеры (в Аугсбурге) в начале XVI в. стали развивать торговые сношения с Востоком из Лиссабона. Когда на голове Карла V испанская корона соединилась с немецкой, связи между Германией и Пиренейским полуостровом еще более упрочились. Фуггеры стали разрабатывать алмаденские рудники и основали было колонию между Перу и Магеллановым проливом (1530); Вельзеры стояли во главе компании, колонизовавшей, в 1529 г., Венецуэлу. В руках Лиссабонских немцев в 1576-1580 гг. находилась почти вся торговля индийскими пряностями. В конце XVI в. все рухнуло; в Аугсбурге одно банкротство следовало за другим; в 1614 г. разорились Вельзеры, в половине XVII в. — Фуггеры. Ганза истощила свои силы; внутренние ганзейские города, которым Нидерланды заперли выход из Рейна и Шельды высокими пошлинами, пришли в упадок; только Гамбург еще держался, и то потому, что питался крохами нидерландской торговли. Торговля в Немецком и Балтийских морях постепенно переходила от Ганзы в руки голландцев; ее главный опорный пункт на Руси, Великий Новгород, пал еще в XV в., и пути в Россию были перенесены на далекий север. Английскую торговлю Ганза потеряла в конце XVI в.; на Зунде Дания установила пошлины, подорвавшие торговлю Любека. Ко всему этому присоединились опустошения, произведенные тридцатилетней войной. Попытки оживить ганзейский союз (1630) и подтверждение привилегий Ганзы Вестфальским миром не привели ни к чему; последнее собрание Ганзы в 1669 г. было пустою формальностью. Великий союз прекратил свое существование, и в Германии воцарилась натурально-хозяйственная реакция. Все старые промышленные отрасли пали под ударами английской, французской и нидерландской конкуренции; удержались только полотняная промышленность и отчасти металлическое производство.

Медленное возрождение начинается лишь с началом XVIII века: в Пруссии стали обнаруживаться результаты деятельности великого курфюрста (Фридрих Вильгельм I Бранденбургский (1620-1688 г.г.)), который с распростертыми объятиями принимал французских ремесленников гугенотов, бежавших после отмены Нантского эдикта, и в таможенной политике был последователем Кольбера. С другой стороны, Германия понемногу оправилась после тридцатилетней войны; прежние отрасли производства вновь стали крепнуть. В XVIII в. полотняное производство стоит уже довольно прочно; вывоз полотна делается довольно значительным. Тем не менее в XVIII в. Германия больше ввозит, чем вывозит; разница между ввозом и вывозом в период между 1700 и 1790 гг. составляет около 550 млн. таланов, т.е. около 6 млн. ежегодно.

В связи с политическими условиями перемещаются в XVIII в. центры торговли и промышленности. Раньше эту роль играли вольные города (Аугсбург, Нюрнберг, Ульм, Регенсбург, Кельн, Ахен, Ганзейские города); теперь торговля и промышленность постепенно притягиваются в резиденции государей. Старые центры торговли, за немногими исключениями (Гамбург), не могли оправиться от кризиса конца XVI и начала XVII вв., а в новые центры купцы и промышленники привлекались обещанием усиленного покровительства. Плохо организованная система покровительства приводила к ухудшению качества товаров; на это раздаются жалобы среди современников (Ю. Мозер).

После первой трети XVII в. и до первых попыток торгового объединения страны в первой трети XIX в., немецкой торговли в собственном смысле не существовало. Политическая рознь была сильна; таможенные барьеры, единственною целью которых были фискальные интересы, вредили интересам торговли не только внутренней, но и внешней. При этих условиях торговля и промышленность обнаруживают тенденцию сосредоточиваться в тех государствах, которые располагают более действительными средствами покровительства, и в которых можно рассчитывать на стойкий и значительный внутренний рынок.

В Австрии уже с начала XVIII в, замечаются планомерные попытки оживления торговли и промышленности. Карл VI превратил Триест в «porto franco». При Марии Терезии в страну были призваны опытные ремесленники из Нидерландов, Англии, Франции, Швейцарии, Саксонии, устроены прядильные школы, запрещен вывоз сырья, основан «Торговый совет», раздававший беспроцентные ссуды на промышленные предприятия, в портах и торговых пунктах Португалии, Испании, Франции, Италии и Турции учреждены консульства, с отдельными государствами заключены торговые договоры. С 1764 г. начинаются запрещения ввоза иностранных фабрикатов. В Пруссии преемники великого курфюрста продолжали его политику. Для поощрения внутренней торговли при Фридрихе II улучшены пути сообщения, для поощрения внешней учреждена Восточная компания (1751), без особенного блеска просуществовавшая до 1799 г. Все эти меры подняли прусскую промышленность на значительную высоту. Центром ее был Берлин. Из других германских государств особенно выдавалась Саксония, со своим суконным, полотняным и железоделательным производством. Ежегодный оборот Лейпцигских ярмарок достигал 18 млн. таланов, ежегодная прибыль от торговли — 3 млн. таланов. Но все это были только зачатки, которые так и остались зачатками в течение первых шести десятилетий XIX в. Только после объединения Германии начинается для нее настоящая промышленная эра.

Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона

Назад 1 | 2
Поделиться
Нравится
Добавить в закладки
Добавить комментарии
Поиск по сайту
Loading
Навигация
Новые публикации
Статистика